+7 (495) 673-26-51
Генеральный директор

+7 (495) 673-49-96
Первый заместитель генерального директора

+7(495) 673-05-42
Заместитель генерального директора

+7 (495) 673-26-31
Заместитель генерального директора по научной работе

+7 (495) 673-30-02
Заместитель генерального директора по лицензированию

8(499) 781-68-59*3274
Заместитель генерального директора по бурению

+7 (495) 673-47-17
Заместитель генерального директора по геоинформатике

+7 (495) 673-27-29
Заместитель генерального директора по экономическим вопросам

+7 (495) 673-54-69
Заместитель генерального директора по общим вопросам

Главная > О ВНИГНИ > История ВНИГНИ
Созданию ВНИГНИ предшествовала 12-летняя история, начало которой было положено принятым в 1939 г. постановлением Совета Народных комиссаров и приказом Наркомата топливной промышленности об образовании Московского геологоразведочного треста. В уставе треста было записано, что он осуществляет производство поисковых геологоразведочных работ и связанных с ними топографических и научно-исследовательских работ на нефть и газ. В 1942 году в составе треста была образована научно-исследовательская лаборатория для создаваемой при тресте комплексной экспедиции по проблемам перспектив нефтегазонсности Центральных областей: Пензенской, Саратовской, Ивановской, Ярославской, Горьковской.
В 1947 г. на базе был создан Московский филиал ВНИГРИ. Основной целью работ филиала было выяснение перспектив нефтегазоносности Центральных районов европейской части России. Директором МФ ВНИГРИ был назначен В.М. Сенюков.  Специально для МФ ВНИГРИ было построено административное здание по адресу шоссе Энтузиастов 36, которое институт занимает и теперь. Здание филиала спроектировали известные архитекторы братья Л.А. и В.А. Веснины.
Важно отметить, что решение о проведении работ по выявлению перспектив нефтегазоносности Центральных районов было принято в тяжелый для страны период, когда еще не закончилась разборка руин пострадавших в войну городов и предприятий. Очень уж привлекательной выглядела возможность обнаружения месторождений нефти вблизи от промышленных центров и нефтеперерабатывающих предприятий.
 В составе Московского филиала ВНИГРИ были организованы роторные нефтеразведки: Кировская, Мордовская, Солигаличская, Балахнинская Сундырская, Чаадаевская. В 1950 году дополнительно организовано 10 нефтеразведок: в Горьковской, Костромской, Калининской, Ярославской областях и Мордовской АССР. Московский филиал ВНИГРИ представлял собой уникальную организацию, одновременно являвшуюся НИИ и производственным буровым предприятием. Проводимые МФ ВНИГРИ буровые работы на нефть получили большой размах (пробурено было 22 опорные скважины).
Признаки нефти в Центральных районах не были обнаружены, перспективы нефтегазоносности не были определены, что в сочетании с другими отрицательными факторами плохо отразилось на судьбе МФ ВНИГРИ. Неудача чуть не дискредитировала идею опорного бурения. Раздавались голоса, что надо бросить тяжелый воз – опорное бурение, как неэффективный метод получения геологической информации.
Отсутствие положительных результатов, в конечном счете, привело к тому, что в сентябре 1951 года вышли постановление Совета Министров СССР и приказ Министра Нефтяной промышленности о неудовлетворительной работе МФ ВНИГРИ и о снятии В.М.Сенюкова с должности директора филиала.
Новым директором филиала был назначен Д.В. Жабрев – кандидат геолого-минералогических наук, хорошо себя зарекомендовавший на работе в Азербайджане.
В это же время (1940 г.) была создана Специализированная союзная контора «Нефтегазосъемка», на которую возлагалось ведение поисковых и разведочных работ на нефть и горючие газы, проведение научно-исследовательских работ по дальнейшему совершенствованию методов газовой съемки. В июле 1942 года по приказу Наркомата нефтяной промышленности работы по газовой съемке были сосредоточены в районах «Второго Баку» (Ингибаево, Бугульма, Аксубаево, Бугуруслан, Сызрань, Саратовская и Пензенская области). Нельзя не отметить, что хотя в середине лета 1942 года положение на фронте было критическим, бурение скважин на нефть не прекращалось, продолжалось финансирование работ по газовой съемке и ожидались предложения по развитию бурения.
После войны в 1947 г. в составе конторы были созданы: экспедиция бактериологических работ и исследовательские группы с целью разработки методик анализа газа, газового каротажа, методики проведения и интерпретации газовой съемки, а также создание новых геохимических методов.
В январе 1950 г. распоряжением Совета Министров СССР и приказом Министерства нефтяной промышленности экспедиции «Нефтегазосъемки» преобразованы в отделения: Московское (Центральное), Нижневолжское, Средневолжское, Северо-Кавказское, Азербайджанское. Этим же приказом на базе научно-исследовательских групп и лабораторий организовано отделение геохимических методов разведки нефти и газа в Научно-исследовательском институте геофизических и геохимических методов разведки (НИИГГР).
 
Собственно Всероссийский научно-исследовательский геологический нефтяной институт (ВНИГНИ) был образован в результате объединения Московского филиала Всесоюзного нефтяного научно-исследовательского геологоразведочного института (ВНИГРИ), Государственной союзной специализированной конторы «Нефтегазосъемка», геохимического отделения Научно-исследовательского института геофизических и геохимических методов разведки (НИИГГР) и геологической части бывшего Всесоюзного научно-исследовательского института природных газов.
Сотрудники перечисленных организаций и подразделений, в соответствии с установленным порядком (в течение 15 дней), были переведены во вновь образованный институт, которому были переданы оборудование, помещения, транспорт и другое имущество. От Московского филиала ВНИГНИ унаследовал четырехэтажное здание на шоссе Энтузиастов, в котором размещается и поныне. Какие помещения отошли институту от Специализированной конторы «Нефтегазосъемка», в настоящее время судить трудно. Известно, что в 50-х годах сотрудники ВНИГНИ работали не только в зданиях на шоссе Энтузиастов, но и на улицах Дербеневской, 1-й Парковой и 14-й Парковой.
Директором ВНИГНИ был назначен Д.В. Жабрев, возглавлявший до этого Московский филиал ВНИГРИ.
Разработку структуры ВНИГНИ осуществила комиссия в составе: М.Ф. Мирчинка (председатель), А.А. Бакирова, Д.В. Жабрева, Б.П. Ясенева, Ф.А. Алексеева, Ф.М. Сахарова и Б.Я. Кудымова. Поскольку комиссия должна была учитывать структуру и кадровый состав организаций, вошедших в состав ВНИГНИ, структура института, утвержденная в 1953 году, получилась достаточно громоздкой. В головном институте были предусмотрены два отделения: геологическое и геохимическое, в той или иной мере ориентированные на решение задач, входивших в компетенцию МФ ВНИГРИ и конторы «Нефтегазосъемка».
В геологическое отделение, которое возглавил Л.И. Грдзелов, вошли: отдел полевой геологии (М.А. Сушкин), отдел опорного бурения (О.Д. Возвышаева), палеонтологический отдел (Б.П. Жижченко), литологический отдел (Н.С. Ильина) и картографо-геодезический отдел (Б.М. Комиссаров).
В палеонтологическом отделе было три лаборатории: микропалеонтологическая (Г.Д. Киреева), макрофаунистическая (А.И. Ляшенко) и палеофитологическая (Б.М. Персидский). В литологическом отделе - две лаборатории: петрографическая (М.Ф. Филиппова) и коллекторских свойств пород (А.А. Ханин).
Было образовано большое геохимическое отделение (начальник О.И. Бунин). В отделении насчитывалось 11 лабораторий: гидрохимическая (М.И. Суббота), природных каталитических процессов (Б.М. Накашидзе), микробиохимимческая (Т.Л. Гинзбург-Карагичева), газовая (И.М. Туркельтауб), рентгеновского и термического анализа (Е.Б. Проскурякова), спектрального анализа (А.А. Ильина), люминисцентная (Н.М. Галактионова), битумная (Э.Д. Гимпелевич), геохимии горных пород (П.С. Славин), комплексного геохимического каротажа (П.А. Левшунов), спецлабораторая (Б.М. Эпштейн).
Кроме того в структуре института были предусмотрены самостоятельные отделы, не входящие в состав отделений. Такими отделами явились: отдел экономических исследований (Н.И. Мордвин), отдел генезиса нефти и газа нефтяных и газовых месторождений (В.В. Вебер), отдел тектоники (П.С. Хохлов), отдел Прибалтики и Белоруссии (К.С. Маслов), отдел Центральных районов (С.К. Нечитайло), отдел Кавказа и Крыма (Г.Х. Дикенштейн), отдел Урало-Волжский (Д.С. Халтурин), отдел Прикаспия и Нижнего Поволжья (Я.Ш. Эвентов), отдел Средней Азии (А.В. Кучапин).
Бывшая контора «Нефтегазосъемка», в соответствии с приказом № 900, вошла в состав ВНИГНИ с геохимическими экспедициями: Московской (размещавшейся в поселке Раменское); Северо-Кавказской (г. Краснодар); Средне-Волжской (г. Саратов); Южно-Волжской (г. Куйбышев).
Таким образом, с первых дней своего существования ВНИГНИ приобрел многопрофильной характер научно-исследовательской деятельности – проводились экономические исследования, решались вопросы стратиграфии, литологии, тектоники, формирования залежей углеводородов, а также широкий круг задач геохимии нефти и газа. Необходимость выработки научно обоснованных направлений геологоразведочных работ на нефть и газ обусловило создание в институте отделов по изучению геологического строения и перспектив нефтегазоносности отдельных регионов. Региональные подразделения и поныне присутствуют в структуре института. Интересно, что на первых порах в институте существовал и самостоятельный тектонический отдел, возглавляемый в разное время В.В. Белоусовым, Ю.С. Косыгиным и П.С. Хохловым.
Многие сотрудники, которые были переведены во ВНИГНИ из МФ ВНИГРИ, конторы «Нефтегазосъемка», геохимического отделения НИИГГР, проработали во ВНИГНИ долгие годы до достижения пенсионного возраста или до последних своих дней. Среди них можно назвать: Анваера Б.И., Аржевского Г.А., Браташа В.В., Белякову Г.М., В.В., Бороздину З.И., Бирину Л.М., Бывшеву Т.В., Бояринову Л.А., Бунина О.И., Бурштара М.С., Вебера В.В., Веселовскую И.Г, Вуколову М.Ф., Гассанову И.Г., Гейне (Сазонову) И.Г., Галактионову Н.М., Геренбейна И.А., Горошкову В.А., Гурову А.Д., Далматкую И.И., Дикенштейна Г.Х., Дементьеву Г.В., Дроздова С.С., Елину Л.М., Ермолаеву З.В., Жабрева Д.В., Загоруйко Д.В.,Земцову Т.Н., Иванову З.П.,Ильина В.Д., Ильину Н.С., Ильинскую В.В., Каменецкого А.Е., Клевцову А.А., Клещева А.И., Клячкину Ф.Г., Комиссарова Б.М., Крылову А.И., Коршунову Е.М., Кузнецову Н.И., Кутузову В.В., Кучапина А.В., Ляшенко А.И., Ляшенко Г.П., Маслова К.М., Мехтиеву В.Л.,Милешину А.Г., Миняеву Е.Г., Муравьеву К.Ф., Нектарову М.Б., Нестеровскую Т.Н., Нечитайло С.К., Пальцеву Л.Е., Рождественскую Л.С., Сазонова Н.Т., Саидова М.Н., Сахновского С.А., Синицина Ф.Е., Скворцову Е.Н., Стельмаховича А.П., Субботу М.И., Субочева П.К., Суворова П.Г., Сушкина М.А., Тилес У.Г., Толмачевского А.А.,Туняк А.П., Ульянова А.В., Урванову В.Н., Усачеву Л.Ф., Филиппову М.Ф., Флерову О.В.,Фрухт Д.Л., Халтурина Д.С., Хохлова П.С., Хасину Г.И., Шебуеву И.Я., Шмелева И.А., Шишову А.И., Эвентова Я.Ш., Эпштейн Б.М, Ясеневу М.А.
Некоторые сотрудники ВНИГНИ (Л.М. Бирина, З.И. Бороздина И.Г. Гассанова, З.П. Ильина, Б.М. Комиссаров, С.К. Нечитайло, Е.Н. Скворцова, П.Г. Суворов, М.А. Сушкин, М.Ф. Филиппова, О.В. Флерова, П.С. Хохолов и др.) начали работать еще в Московском геологическом тресте, а затем автоматически были переведены в МФ ВНИГРИ, а позже во ВНИГНИ. Нечитайло С.К. в 1942-1944 годах был управляющим Мосгеолтреста, а в 1946-1947 годах – в этом же тресте директором научно-исследовательской лаборатории, еще два научных сотрудника ВНИГНИ – А.И. Клещев и П.Г. Суворов некоторое время исполняли обязанности управляющего Мосгеолтреста. П.Г. Суворов  позже стал главным геологом треста.
К числу уникальных явлений следует отнести работу здравствующего и поныне Станислава Юрьевича Банковского. Начав свою трудовую деятельность в НГРИ в 1942 г., он последовательно переводился на работу в Мосгеолтрест, МФ ВНИГНИ и ВНИГНИ. Стаж работы С.Ю. Банковского «на одном месте» составляет более 65 лет.
 
Новая страница в работе ВНИГНИ была открыта в октябре 1955 года, когда директором института был назначен 37-летний Степан Павлович Максимов. На посту директора С.П. Максимов оставался 32 года (1955-1987 гг.), вклад его в становление института и организацию работы коллектива исключительно велик. С.П. Максимов провел большую работу по превращению института в ведущий научный центр страны в области нефтегазовой геологии.
В  Максимове С.П. счастливо сочетались качества незаурядного ученого и прирожденного руководителя.
Профессиональный геолог-нефтяник, С.П. Максимов хорошо знал и понимал проблемы, стоящие перед нефтяной геологией и перед нефтегазовой отраслью. Со знанием дела он влиял на формирование планов тематических исследований института. Он не ограничивал инициативу сотрудников в научных поисках в выборе практических решений. Степан Павлович хорошо разбирался в людях, знал, кто на что способен, и умело подбирал и расставлял кадры. Кадровая политика всегда оставалась в центре его внимания.
С.П. Максимов достойным образом представлял институт "наверху" - в Министерстве, Госплане, в партийных органах, в разных комитетах.
При С.П. Максимове в институте существовала благоприятная творческая обстановка. Такая обстановка складывалась не сама по себе. Как во всяком большом научном коллективе возникали иногда интриги и конфликты, как между отдельными сотрудниками, так и отдельными их группировками. Твердая рука С.П. Максимова не давала развиваться конфликтным ситуациям.
Конечно же трудно представить себе, чтобы в коллективе института, насчитывающим более 800 человек, наблюдалось бы полное и всеобщее удовлетворение. Кто-то считал себя обойденным в зарплате, кто-то полагал, что он достоин более высокой должности, кто-то считал себя недооцененным почестями, кто-то – несправедливо наказанным т.д. Но в целом обстановка в институте была всегда рабочей, творческой.
Степан Павлович был ровесником Октябрьской Революции, вся жизнь его прошла при советском строе, которому он был искренне предан. Стиль руководства его в полной мере отвечал советским традициям. Ошибки и промахи в работе С.П. Максимовым не прощались.
Научные подразделения института решали как фундаментальные проблемы нефтяной геологии, так и прикладные задачи, связанные с обоснованием направлений геологоразведочных работ и совершенствованием методов поисков, разведки и оценки запасов нефти и газа. Обе эти стороны деятельности института находились под пристальным вниманием С.П. Максимова.
Сам С.П. Максимов имел склонность к проблемам образования и формирования залежей нефти и газа. Мировую известность принесла ему работа, в которой была сформулирована теория дифференциального улавливания углеводородов, известная среди геологов нефтяников как "теория Максимова – Гассоу". Дело в том, что  Максимов и геолог из США Гассоу одновременно пришли к аналогичным выводам. Не потеряла актуальности и сейчас его монография «Закономерности размещения и условия формирования залежей нефти и газа в палеозойских отложениях», отмеченная в 1965 г. имени академика И.М. Губкина. Безусловный интерес представляет разработанная С.П. Максимовым, Н.А. Еременко и Т.А. Ботневой теория «цикличности процессов нефтегазообразования». Теоретическая схема охватывает все процессы, начиная от накопления органического вещества в материнских породах, вплоть до разрушения залежей углеводородов. С.П. Максимовым была предложена теория формирования газовых месторождений за счет выделения газов из подземных вод в свободную фазу при инверсионных тектонических процессах. С.П. Максимов, лично и в соавторстве опубликовал более 370 работ, в том числе 20 монографий, 36 работ опубликовано за рубежом.
Нельзя не упомянуть о том, что по инициативе С.П. Максимова в 1957 г. был основан ежемесячный журнал «Геология нефти и газа», главным редактором которого он оставался в течение 30 лет. Журнал является единственным в стране периодическим изданием, в котором целенаправленно освещаются и обобщаются передовые идеи и опыт в поисках месторождений нефти и газа.
В институте поощрялись работы, направленные на изучение проблем происхождения нефти и газа и формирование их скоплений, ежегодно в разных городах проводились конференции с обсуждением этих проблем. Неизменно в работе конференций участвовали оппоненты научного сообщества ВНИГНИ - сторонники неорганического происхождения нефти. Большинство аспирантов С.П. Максимова защитили диссертации на темы, так или иначе связанные с названными проблемами. С.П. Максимов долгие года возглавлял работу секции «Формирования нефтяных и газовых месторождений» научного совета по геологии, геофизике и геохимии АН СССР и секцию ресурсов нефти и газа научного совета по комплексным проблемам энергетики АН СССР.
Практической направленности научно-исследовательских работ института и внедрению результатов этих работ во ВНИГНИ всегда уделялось большое внимание. Существовали разные формы внедрения научных разработок в практику поисково-разведочных работ. С течением времени они менялись.
Во второй половине 50-х годов проводились выездные сессии Ученого совета ВНИГНИ, на которых с участием местных геологов и специалистов других институтов обсуждались вопросы перспектив нефтегазоносности конкретных территорий и принимались рекомендации по направлению геологоразведочных работ.
Первая такая выездная сессия состоялась в декабре 1956 г. в Казани по районам Татарии, Удмуртии, Кировской области. Сессия согласилась с предложением ВНИГНИ о необходимости постановки в северных районах Русской платформы профильного бурения.
Затем аналогичные сессии состоялись в Куйбышеве, Тбилиси, Ставрополе, Саратове, Перми. По итогам обсуждений на этих сессиях были приняты предложения по направлению геологоразведочных работ и сформулированы рекомендации по заложению опорных скважин и проведению сейсмических профилей. В Тбилиси в процессе обсуждения были высоко оценены перспективы нефтегазоносности мезозойских отложений межгорных впадин Грузии.
Выездная сессия Ученого совет ВНИГНИ и Экспертно-геологического совета Министерства геологии и охраны недр Казахской ССР, проведенная в 1961 году, определила направление дальнейших геологоразведочных работ на нефть и газ в Актюбинском Приуралье, на юго-восточном обрамлении Прикаспийской впадины, а также на ее северном и северо-восточном бортах.
Наряду с этим в институте разрабатывались большие комплексные программы по развитию геологоразведочных работ в стране.
В 1955-1960 годах коллективом института был составлен план региональных работ освоения пустынных районов Средней Азии. План предусматривал комплекс геофизических исследований и глубокого параметрического бурения. Реализация этого плана дала возможность выявить основные закономерности геологического строения данной территории и открыть новую газонефтеносную провинцию, приуроченную к Амударьинской впадине. В провинции открыто более 120 газовых, газоконденсатных и нефтяных месторождений.
Большое значение имеют разработки института по выявлению скоплений нефти и газа в подсолевых отложениях Прикаспийской впадины.
Под руководством А.И. Клещева, С.К. Нечитайло, Д.С. Халтурина, сотрудники Волго-Уральского отдела ВНИГНИ совместно со специалистами филиалов, экспедиций и лабораторий (в частности Оренбургской), на основании выполненных научных исследований и обобщений, предложили новые объекты нефтепоисковых работ. В качестве таких объектов были предложены девонские грабенообразные прогибы на востоке, валы – в центре и на юго-востоке Волго-Уральской нефтегазоносной провинции, где и были открыты месторождения гиганты: Оренбургское, Мухановское, Дмитриевское, Кулешовское и др.
Принципиальное значение для продолжения поисковых работ в Припятском прогибе имели научно обоснованные прогнозы перспектив нефтеносности прогиба, выполненные коллективами под руководством Г.Х. Дикенштейна, а затем Н.И. Буялова. До этого специалистами ВНИГРИ перспективы нефтеносности Припятского прогиба были оценены отрицательно. Надо сказать, что поводы для отрицательной оценки территории в то время были. Данными бурения на тот период была в какой-то мере освещена только южная зона Припятского прогиба, где сложились неблагоприятные условия сохранения залежей нефти. Г.Х. Дикенштейн и Н.И. Буялов, которые оперировали теми же данными, видели возможности продолжения поисковых работ в других частях прогиба.
Перечисленными выше комплексными программами и разработками не ограничивается практический вклад института в развитие геологоразведочных работ на нефть и газ. О других научных работах института, имевших важное практическое значение, будет сказано ниже.
 
В 1987 г С.П. Максимову исполнилось 70 лет, и с поста директора института он ушел. В это время в стране царила эйфория выборов. Выбирали всех - депутатов, губернаторов, директоров предприятий и организаций, начальников цехов и т.д. В институте в это время тоже проводились выборы заведующих отделами, секторами и лабораториями. На выборах директора института победу одержал Г.А. Габриэлянц.
Григорий Аркадьевич Габриэлянц – доктор геолого-минералогических наук, профессор. Научная деятельность его связана с изучением геологического строения и перспектив нефтегазоносности отдельных территорий. До сих пор он пользуется известностью как специалист в области методики поисков, разведки и подсчета запасов нефти и газа. Обладает опытом работы на руководящих должностях. До 1965 г. он работал в Средней Азии, где был главным геологом Управления геологии Совета Министров Туркменской ССР и стал первооткрывателем Газлинского газового месторождения. В 1965-1969 гг. он - заместитель директора ВНИИГаз-а, в 1979-1987 гг. – заместитель генерального директора «Нефтегеофизика» и замдиректора ВНИИГеофизика.
С приходом Григория Аркадьевича в институт в первый раз в 1972 г. в институте было создано и эффективно развивается до сих пор направление, связанное с промысловой геологией. В течение 7 лет он возглавлял отдел методики разведки и подсчета запасов месторождений нефти и газа. В этот период он занимался совершенствованием методики разведки залежей углеводородов различного строения, теоретическим обоснованием оптимальных систем размещения поисковых и разведочных скважин и внедрением их в производство. Г.А. Габриэлянцем выполнен ряд научных разработок в области методики разведки залежей нефти и газа, которые нашли применение в нефтегазоносных районах Украины, Средней Азии, Западной Сибири, Якутии и Коми АССР. Во второй раз на работу во ВНИГНИ Григорий Аркадьевич пришел в 1987 г., когда он был избран директором ВНИГНИ.
На посту директора Г.А. Габриэлянц действовал весьма энергично. В соответствии с новыми веяниями он форсировал переход института на хозрасчет и самофинансирование. Переход на хозрасчет состоялся на год раньше предписанного срока. Быстро была перестроена научная и хозяйственная деятельность коллектива. В течение трех месяцев были завершены основные подготовительные работы по формированию научно-тематического плана, была проведена аттестация сотрудников и осуществлены кадровые перестановки. Были разработаны положения о внутреннем хозрасчете.
На посту директора ВНИГНИ Г.А. Габриэлянц оставался чуть более полутора лет. В 1989 г. он был назначен Министром геологии СССР.
 
В 1989 г. директором института стал Константин Александрович Клещев. К этому времени эйфория выборов уже утихла, и Константин Александрович был назначен в обычном порядке вышестоящим органом - Министерством геологии СССР.
Можно сказать, что если на первом этапе деятельность ВНИГНИ прошла под большим влиянием С.П. Максимова, второй этап ее (в период с 1987 по 2010 гг.) связан с К.А. Клещевым. С.П. Максимов возглавлял коллектив института 32 года, К.А.Клещев – находился в руководстве института более 28 лет (20 лет возглавлял институт и 8 лет был заместителем директора).
Константин Александрович Клещев был распределен на работу во ВНИГНИ в 1957 г. сразу после окончания Московского нефтяного института. Во ВНИГНИ Константин Александрович прошел все ступени служебной лестницы - от рядового геолога до генерального директора института. Движение по служебной лестнице было последовательным – геолог, старший геолог, младший и старший научный сотрудник, ученый секретарь института, заведующий сектором, заместитель директора, директор института, а с 2005 г. генеральный директор ФГУП «ВНИГНИ». Он руководил и был непосредственным участником научных исследований по оценке перспектив нефтегазоносности и обоснованию направлений геологоразведочных работ на нефть и газ в европейской части России, Средней Азии, Афганистане, в Республике Куба.
Надо напомнить, что подобные исследования требуют анализа и учета широкого круга факторов: тектонических, литологических, геохимических, гидрогеологических и др., а также вопросов формирования и сохранения залежей нефти и газа. Годы работы в институте (стаж работы К.А. Клещева во ВНИГНИ превышает 50 лет) сформировали из него крупного ученого-нефтяника широкого профиля, хорошо разбирающегося во всем комплексе вопросов, определяющих нефтегазоносность территорий и отдельных объектов. Большое влияние на геологическое мировоззрение Константина Александровича оказали его исследования на Кубе. Изучение геологии острова Куба, Антильской островной дуги и Карибско-Мексиканского региона убедили его в правильности положений тектоники литосферных плит и в необходимости использования их при решении задач нефтегазовой геологии. По его инициативе во ВНИГНИ был создан отдел геологии и геодинамики нефтегазоносных территорий.
К.А. Клещев являлся ведущим специалистом в области гидродинамических исследований нефтегазоносных областей. Под его редакцией были изданы: «Геодинамическая карта Северной Евразии», «Карта нефтегазогеологического районирования Северной Евразии на плитотектонической основе», «Карта нефтегазоносности Российской Федерации» масштаба 1:5000000. За работу по оценке нефтегазоносного потенциала осадочных бассейнов мира в 1998 г. К.А. Клещеву была присуждена Государственная премия РФ в области науки и техники. К.А.Клещев – доктор геолого-минералогических наук, профессор, заслуженный геолог Российской Федерации.
На Кубе, где Константин Александрович в течение трех лет руководил большим коллективом специалистов (в состав группы входили не только советские, но и кубинские геологи и геофизики), в полной мере проявились его организаторские способности. Научные исследования в группе была хорошо налажены, а в коллективе царила благоприятная творческая обстановка. Несмотря на свою молодость в то время (37 лет) он пользовался большим авторитетом в коллективе, в котором, наряду с молодыми исследователями, работали опытные амбициозные ученые.
Назначение К.А. Клещева директором ВНИГНИ было встречено в коллективе института с удовлетворением. Его знали в институте и многие могли оценить его как руководителя, поскольку до этого он с 1981 по 1989 г. проработал заместителем директора ВНИГНИ. Стиль руководства К.А. Клещева импонировал. Командно-распорядительные методы, присущие большинству руководителей, воспитанных советской системой, не были свойственны Константину Александровичу. Его общение с подчиненными было всегда корректным и уважительным. Трудно представить, чтобы он мог на кого-то кричать или кого-то распекать. При общении с Константином Александровичем возникало расположение к нему.
К.А. Клещев принял руководство институтом в самые сложные годы существования ВНИГНИ, когда стоял вопрос о выживании института.
Советский Союз распался. Разрушились экономические связи между бывшими советскими республиками, рухнула экономика. В этих условиях поисково-разведочные работы в стране, требующие больших капитальных вложений и сопровождающихся определенным риском, стали сворачиваться. Резко сократился в связи с этим спрос на результаты разработок института по определению перспектив нефтегазоносности и научному обоснованию геологоразведочных работ на нефть и газ, а это направление исследований в институте было профилирующим.
После перехода страны на новые принципы экономики Федеральное ведомство, отвечающее за недра, перестало готовить промышленные запасы нефти и газа и проводить с этой целью буровые и геофизические работы, объемы которых в советское время достигали огромных цифр. С 1992 г. в Российской Федерации, в соответствии с законом «О недрах», поиски месторождений углеводородов, подготовка их запасов и добыча нефти и газа стали осуществляться на основе лицензирования, то есть переданы компаниям. Объемы геологоразведочных работ на нефть и газ за счет федерального бюджета резко сократились. В настоящее время они составляют не более 8% от общих объемов проводимых в стране поисково-разведочных работ.
Экономическое положение в России было особенно тяжелым в 90-х годах. В этот период бюджетные деньги переводились институту нерегулярно. По нескольку месяцев сотрудникам ВНИГНИ не выплачивалась зарплата. Сама зарплата, которая особо высокой никогда не была, стала совсем низкой из-за инфляции. Начался отток сотрудников из института, в первую очередь молодых, которые имели возможность переквалифицироваться и найти себе другую работу. Руководство института, пытаясь избежать насильственной отправки на пенсию пожилых сотрудников, предложило тем из них, кто подал заявление о выходе на пенсию, выплату суммы денег в объеме годовой зарплаты. Многие предпочли «синицу в руках журавлю в небе».
Общая ситуация осложнилась еще и тем, что в начале 90-х годов сократилась сфера деятельности ВНИГНИ. В советские времена проводился большой объем исследований на территориях республик, входящих в состав СССР (Казахстан, Узбекистан, Туркмения, Украина, Белоруссия и т. д.). В этих исследованиях было занято много сотрудников института. После объявления республиками своей независимости некоторое  непродолжительное время, пока во вновь образованных государствах платежным средством оставался рубль, еще продолжались в каких-то объемах исследования на основе договоров, но после введения республиками своей национальной валюты эти исследования прекратились. Далеко не всех высвободившихся научных работников можно было использовать на других направлениях.
В эти годы руководство ВНИГНИ предприняло ряд мер по сохранению научного потенциала института. Была стимулирована работа по контрактам с организациями-недропользователями. В результате параллельно своей основной работе сотрудники института смогли создавать научную продукцию по договорам на выгодных для себя условиях, у многих весьма квалифицированных сотрудников появилась заинтересованность как в основной, так и в дополнительной  работе.
Договора заключались с нефтяными и газовыми компаниями и другими организациями, которые проводили разведку и разработку месторождений. Как правило, договора заключались на составление проектов разведки конкретных месторождений, на подсчет запасов нефти и газа, на исследования кернового материала, на определение подсчетных параметров осваиваемых месторождений, на выполнение экспертных заключений и др. Пользовались спросом работы, результаты которых можно было использовать сразу в процессе освоения территорий и месторождений.
Поисковые работы на нефть и газ в 90-х годах в стране резко сократились из-за того, что их проведение неизбежно связано с риском. В это время научные прогнозы интереса не представляли. На реализацию прогнозов можно было рассчитывать только в будущем, без стопроцентной вероятности их подтверждения. В 1995 г. в стране было зарегистрировано 213 недропользователей (обладателей лицензий), из них только 17% имели лицензии на поисковые и оценочные работы,  остальные владели лицензиями на добычу углеводородов.
Благодаря умелому руководству ВНИГНИ сумел миновать «рифы» 90-х годов и сохранить свой научный потенциал, не смотря на объективно необходимое значительное сокращение численности института (во ВНИГНИ в 1987 г. работало около 780 сотрудников, в 2003 г. численность института составила 212 человек). Научно-исследовательская деятельность ВНИГНИ в соответствии с новыми требованиями и запросами была существенно скорректирована. Самое главное заключалось в том, что научные подразделения ВНИГНИ остались в структуре института, они не развалились на отдельные частные компании, что произошло со многими научными коллективами.
К 2000-м годам достаточно четко обозначились роль и задачи института в решении проблем, стоящих перед геологической отраслью страны; наладилось финансирование института. Во главу угла были поставлены задачи участия института в разработках и экспертизах программ геологоразведочных работ и лицензирования, а также в подготовке проектов методических руководств, регламентирующих исследования по геологическому изучению недр, поискам, разведке и добыче углеводородов, экономической оценке месторождений и определению стартовых условий конкурсов и аукционов.
Решение любых проблем, связанных с освоением недр, невозможно без ясного представления о потенциальных возможностях нефтегазоносных территорий, о перспективах открытия новых месторождений нефти и газа, без определения значимости участков, выставляемых на аукцион. В связи с этим в институте продолжились работы по систематизации и обобщению новых геолого-геофизических данных с целью определения тектонических, стратиграфических, геохимических, петрофизических и других критериев нефтегазоносности.
Надо отметить, что по сравнению с последними годами советского периода, произошло обновление и омоложение состава института. Кроме того весьма существенно возросла техническая оснащенность института. Все подразделения ВНИГНИ имеют компьютеры и периферийную технику. Имеются плоттеры для печатания карт большого размера, в институте организована локальная сеть. Принципиально поменялось лабораторное оборудование, для петрофизической и геохимической лабораторий приобретены новейшие отечественные и западные приборы и аппараты.
В 2010 г. после ухода из жизни К.А. Клещева директором ВНИГНИ был назначен А.И. Варламов.
Алексей Иванович Варламов является  известным специалистом в области стратиграфии, палеонтологии и седименто­логии, геологии и поисков месторождений нефти и газа, провел 25 полевых сезонов в качестве начальни­ка отряда, партии, хорошо знает геологию важнейших нефтегазоносных провинций России, таких как Си­бирская платформа, Западная Сибирь, Восточно-Европейская платформа и Прикаспийская впадина. Он является президентом Сибирской геологической ассоциации, членом бюро Комиссии по кембрийской сис­теме Сибирской региональной межведомственной стратиграфической комиссии, членом Международного седиментационного комитета.
Исследования А.И. Варламова в области стратиграфии, палеонтологии и седиментологии кембрий­ской системы во многом способствовали разработке стратиграфических схем кембрия Сибирской плат­формы, которые используются при проведении геолого-съемочных и геологоразведочных работ, при по­строении седиментационных моделей, палеогеографических реконструкциях и глобальной корреляции.
         В 2003 г. А.И. Варламов стал генеральным директором ФГУП «СНИИГГиМС». В это время ста­билизировалось и укрепилось экономическое, финансовое и материальное положение института, который под руководством А.И.Варламова выполняет ряд контрактов, связанных с проблемами геологии неф­ти и газа Восточной Сибири и Республики Саха (Якутия). Эти исследования особенно актуальны в связи с обеспечением нефтью проектируемого магистрального нефтепровода Восточная Сибирь - Тихий океан. В связи с этим по инициативе Варламова А.И. и при его непосредствен­ном участии в ФГУП «СНИИГГиМС» разрабатывается «Программа ускоренного воспроизводства углево­дородного сырья с целью обеспечения нефтепроводной системы Восточная Сибирь - Тихий океан».
В 2006 г. Варламов А.И. назначается заместителем министра МПР России, где курирует геологоразведочные и научно-исследовательские работы, осуществляемые на территории Российской федерации за счет федерально­го бюджета, а также вопросы недропользования, включая выдачу лицензий, контроль и надзор за недропользованием. В этот период Варламов А.И. усиленно работает над совершенствованием государствен­ной политики в области геологии и недропользования, обосновывая целесообразность усиления поиско­вых работ за счет федерального бюджета, необходимых для обеспечения воспроизводства минерально-­сырьевой базы.
С приходом нового руководителя начинается третий период деятельности Всероссийского научно-исследовательского геологического нефтяного института ВНИГНИ. Сотрудники института, его руководство уверены, что этот период будет таким же плодотворным и насыщенным на благо развития Российской нефтяной геологии.